Орган

Светлановский зал Московского международного Дома украшает уникальный, самый большой в России орган, выстроенный всемирно известным консорциумом немецких фирм Glatter Gotz (Овинген) и Klais (Бонн). С его появлением москвичи и гости столицы получили еще одну возможность наслаждаться божественными звуками «короля инструментов». Торжественная церемония открытия (инаугурация) органа состоялась 21 декабря 2004 года, весной следующего года в Светлановском зале прошел первый органный фестиваль с участием выдающихся музыкантов из разных стран мира.

Большой концертный орган Московского международного Дома музыки был изготовлен и смонтирован в Бонне весной 2004 года, затем перевезен в Москву. Летом 2004 года инструмент монтировался в Светлановском зале и проходил интонировку, во время которой мастера придавали звучанию каждой трубы нужные тембр и громкость, соответствующие акустике. Орган Дома музыки имеет 84 регистра, 4 ручных клавиатуры (на каждой по 61 клавише) и педальную клавиатуру (32 клавиши), а также множество вспомогательных устройств. Общее количество труб – около 6000. Высота органа превышает 14 метров (5 этажей), ширина – более 10 м, глубина – 3,6 м (с учетом горизонтальных труб «шамад», направленных в зал, – более 5 м). Общий вес инструмента – 30 тонн. Самые большие трубы органа имеют высоту около 10 м, вес каждой из таких труб-гигантов достигает почти полтонны. Самые маленькие трубы длиной всего несколько сантиметров.

Инструмент способен издавать звуки широчайшего диапазона частот – от инфразвука (8 Гц) до нижней границы ультразвука, от тишайшего pianissimo до громоподобного fortissimo. На педальной (ножной) клавиатуре инструмент имеет три 32-футовых регистра разного характера и назначения, способные звучать на октаву ниже контрабаса, и один 64-футовый регистр Vox balenae («Голос кита»), способный звучать на две октавы ниже контрабаса, захватывая область инфразвука. Помимо 84 регистров традиционного типа в органе есть также звукоизобразительные регистры Clochette («колокольчики») и Rossignol («соловей»).

При создании диспозиции (набора регистров органа) ее авторы – Филипп Клайс и Каспар фон Глаттер-Гетц из Германии и Павел Кравчун из России – проанализировали огромное количество исторических образцов регистров и отобрали лучшие из них, наиболее подходящие для московского зала. Некоторые регистры инструмента (Courcellina, Alpen Horn, Viola di Alta, Vox balenae) применяются в практике органостроения всего второй-третий раз. Органа таких богатых звуковых возможностей в России до сих пор не было.

В художественном отношении новый орган Дома музыки значительно выделяется среди своих московских собратьев: это первый в Москве немецкий большой концертный орган (в Большом зале консерватории установлен французский орган, в Концертном зале имени П.И. Чайковского – чешский). Авторы инструмента старались отойти от стандартных (и безуспешных) попыток создать компромиссный, универсальный инструмент «для всех времен и народов» и построили современный «симфонический» орган, в звуковой палитре которого опытные исполнители найдут краски и эпохи барокко, и романтизма. Но главное в новом инструменте – его родство с искусством немецкого романтического органостроения, «золотого века» органа, когда были созданы знаменитые инструменты Домского собора в Риге, кафедральных соборов в Берлине и Шверине. Мягкость, певучесть звучания основных регистров, нежнейшие краски pianissimo и вместе с тем наполненность и мощь звучания – все эти качества присущи новому московскому органу. И во многом это заслуга мастеров-интонировщиков Хайнца-Гюнтера Хаббига, Маркуса Линдена и Эберхарда Хильзе.

Пространственная схема органа устремлена ввысь, как в храме. Расположение его многочисленных труб позволяет добиться и особой «стереофоничности», и слитности звучания всех регистров органа. И в звуковом (частотном), и в пространственном (визуальном) отношении орган как будто «обнимает» оркестр и хор. В значительной степени этому способствует фасад инструмента, разработанный шотландским архитектором Грэмом Тристрамом. Фасад построен из уникального «акустического» дерева – байкальской лиственницы, причем по требованию российских органных экспертов некоторые его части выполнены из специальных массивных пластин, улучшающих акустические условия зала в целом.

По техническому оснащению орган ММДМ также не имеет себе равных в нашей стране. Он снабжен и традиционными механизмами (копулами, тремулянтами и др.), и компьютером, способным запоминать и записывать многие тысячи вариантов регистровок, варианты программируемого crescendo и pleno, управлять створками всех трех швеллеров от одной педали. (Техническое состояние компьютера может контролироваться фирмой-изготовителем в интерактивном режиме по специальной линии связи.) На пульте органиста над пюпитром установлен монитор, над пультом – телекамера, позволяющие органисту, играющему с оркестром или хором, видеть на экране дирижера.

Воздух нагнетается в мехи и трубы органа тремя мощными электрическими вентиляторами. В инструменте установлена воздухораспределительная система классического типа. Трактура органа (механизм, связывающий клавиши с клапанами, открывающими доступ воздуха в трубы органа) – механическая, для регистров «шамад» и наиболее низкозвучащих регистров педали (где давление воздуха создает большую силу на клапанах) – электрическая. Внутри органа смонтированы специальные проходы, лестницы, площадки для настройки и технического обслуживания инструмента.

Этот превосходный инструмент – результат труда десятков специалистов Glatter Gotz и Klais – конструкторов, дизайнеров, краснодеревщиков, литейщиков, интонировщиков, менеджеров, монтажников, электриков, специалистов по информационным технологиям. У органа есть и российские соавторы – эксперты-консультанты, курировавшие его проектирование, наладку, интонировку, обсуждавшие с органостроителями все основные технические и художественные решения. Органными экспертами ММДМ выступили Людмила Голуб – заслуженная артистка России, солистка Московской государственной академической филармонии, и Павел Кравчун – доцент кафедры акустики МГУ, председатель Экспертного совета по органостроению Международного союза музыкальных деятелей.

Большую роль в реализации проекта постройки органа сыграли также архитекторы Товарищества театральных архитекторов, создавшие проект Московского международного Дома музыки, строители турецкой фирмы «ЭНКА», специалисты Культурного центра «Красные Холмы» и Внешнеторгового объединения «Внешстройимпорт».

«Вы слышали когда-нибудь, как смеется Гаргантюа, как поет кит, гудит ветер в горных ущельях, рокочет камнепад или шумят деревья в ночном лесу? Идите, господа, в Московский Дом музыки, там вы услышите все эти странные и дивные звуки. Там теперь есть орган! Новый уникальный инструмент начал свой путь в историю».

Москва-центр, 2005

«Наконец-то долгожданный «король инструментов» занял почетное место на сцене Светлановского зала. Как и положено, по столь торжественному случаю были приглашены выдающиеся исполнители, которые продемонстрировали великолепие инструмента, оснащенного самой современной компьютерной системой управления и диагностики».

Русский курьер, 2004

Органисты, выступавшие в Доме музыки

Томас Троттер, Великобритания Бен ван Остен, Нидерланды
Клеменс Шнорр, Германия Кэрол Уилльямс, США
Василий Долинский, Россия Барбара Деннерлайн, Германия
Жан Гийю, Франция Гэри Берд, США
Саймон Престон, Великобритания Оливье Латри, Франция
Наджи Хаким, Франция Дэвид Титтерингтон, Великобритания
Филипп Лефевр, Франция Гейл Мартин, Канада
Уэйн Маршалл, Великобритания Хироко Иноуэ, Япония
Черри Роудс, США Уинфред Бениг, Германия
Эндрю Кеннинг, Великобритания Колин Эндрю, Великобритания
Морис Клэр, Франция Дэвид Гуд, Великобритания
Петер Планявский, Австрия Андреас Уибо, Эстония
Жак Таддей, Франция Алексей Шмитов, Россия
Джеймс Эдвард Геттше, Ватикан Анастасия Сидельникова, Россия
Матиас Айзенберг, Германия Константин Волостнов, Россия
Лионель Рогг, Швейцария Александр Фисейский, Россия
Лео ванн Дуселлар, Нидерланды Людмила Шишханова, Россия
Колин Уолш, Великобритания Екатерина Мельникова, Россия
Дэвид Бриггс, США Людмила Голуб, Россия
Ярослав Тума, Чехия Ивета Апкална, Латвия
Гуннар Иденстам, Швеция Жан-Пьер Стайверс, Нидерланды
Юка Ишимару, Япония Рауль Прьето Рамирес, Испания
Марко Ло Мушо, Италия Павел Когоут, Чехия
Жан-Поль Имбер, Франция